С конца лета дипломатические контакты на высшем уровне заметно участились. Уже завтра Владимир Путин прибудет в Нью-Дели и во второй раз за две недели проведёт переговоры с Нарендрой Моди. Однако искать в частоте встреч особый подтекст не стоит: они проходят в рамках заранее назначенных международных саммитов. В конце августа ШОС собиралась в Бишкеке, а теперь Индия принимает саммит БРИКС.
Обе организации выросли из форматов, созданных при участии России и Китая. Но ШОС возникла раньше и ориентирована на Азию — сначала преимущественно на Центральную. БРИКС же задумывался как глобальное объединение. Его основу составляла идея сотрудничества России, Индии и Китая — формата РИК, предложенного ещё в 1990-е годы. Однако официально БРИКС оформился лишь в 2009 году, когда к трём странам присоединились Бразилия и Южная Африка. Благодаря этому объединение приобрело по-настоящему глобальный масштаб.
За последние годы к первоначальной пятёрке добавились ещё пять государств: Индонезия, Египет, Иран, ОАЭ и Эфиопия. Кроме того, десять стран, от Нигерии до Таиланда, получили статус партнёров. Поэтому на 18-й саммит в Нью-Дели приедут более двадцати лидеров. Среди приглашённых — руководители крупнейших незападных региональных организаций, в том числе АСЕАН и Африканского союза.
Не будет только президента Бразилии Лулы. Причина уважительная: через три недели 80-летнему главе государства предстоят выборы. Его соперник — сын бывшего президента Болсонару, пользующийся активной поддержкой США. Даже если Лула неожиданно уступит ему, что маловероятно, новая бразильская власть вряд ли покинет БРИКС. Организация сохранилась в составе объединения и при Болсонару-старшем, который тоже не скрывал симпатии к Трампу.
Сам Трамп время от времени критикует БРИКС и угрожает ему санкциями, полагая, что страны объединения стремятся отказаться от доллара в мировой экономике. Однако сводить роль БРИКС к дедолларизации неверно: это лишь одна из его задач, далеко не главная, к тому же участники не делают её центральной темой.
БРИКС нацелен на более масштабную цель — создание новой глобальной системы безопасности, которая могла бы действовать в мире после ослабления западного и американского влияния. Это сложный и рассчитанный на долгую перспективу процесс. Большинство участников объединения не стремится к открытому противостоянию с США и Западом в целом. В прямом конфликте с ними находятся Россия — причём всё чаще в противостоянии с Европой — и Иран, главным образом в отношениях с США. Китай же постепенно приближается к состоянию холодной войны.
Остальные страны предпочитают поддерживать отношения с Западом, пользоваться созданной под его контролем мировой финансовой системой, продолжать торговлю и получать доступ к западным технологиям. Одновременно они всё активнее развивают альтернативные финансовые, торговые и транспортные маршруты. Закат западного мира многим кажется неизбежным, однако страны Глобального Юга не хотят оказаться в неопределённом положении: преждевременно выйти из системы, контролируемой Западом, и лишиться доступа к ней, пока новая альтернатива ещё не создана.